Варварство в 21 веке (часть 2)

Утром побегал восстановительный кросс 8км, и сделал две серии прыжков на стопах по травке.А вечером развивающий бег 7км. Побежал в поле туда же, куда и на прошлой неделе. Но вчера весь день лил ливень и было грязно, местами ноги проскальзывали и прилипло по килограмму грязи на каждую ногу. А ещё по сравнению с прошлой неделей добавился ветер и 1 дополнительный километр (было 6, сейчас 7 😉 ) но результат оказался точь в точь таким же -по 4.07 и на пульсе 157  🙂

Подробнее в таблице в конце неделе.

А тем временем, между двумя тренировками я отправился в полицию…

Итак… продолжение истории:

“Когда они пришли за коммунистами, я молчал – я не был коммунистом…”

– отличное предисловие, как раз про меня. Интернет кишит видео беспредела кавказцев, а за примерами бездействия и попустительства правоохранительных органов вообще далеко ходить не надо, сложнее найти пример обратного. Но я как-то всегда не придавал этому большого значения, самого меня жизнь с этим ни разу не сталкивала, – ну так я особо и не вникал в это. Обращал внимание, и почти сразу забывал.

Но поистине: “когда они пришли за мной – уже некому было заступиться за меня”

Я ещё раз, опираясь на свой пост, описал произошедшее со мной событие, распечатал его, и пошёл в полицию. В приёмной было 3-4 сотрудника, которые постоянно входили и выходили обратно занимаясь своими делами, между делом слушая мою историю. Один из них был одет в гражданское и сразу заявил мне громко и уверенно: “потому что ты врёшь!”  – “ножа не было”, после этого в течении получаса он ещё несколько раз повторил мне, что я вру, и что ножа у нападавших не было. Я догадался, что они уже были ознакомлены с историей, и у меня даже сложилось впечатление, что они ждали, что я приду. Но меня удивило, что человек, который даже не спросил моего имени, и сам, кстати, тоже не представился, который видел меня всего первые 2-3 минуты в своей жизни, вдруг так сразу и уверенно стал обвинять меня во лжи…  я как-то даже смутился.

Заступался за меня сначала только казак – крепкий молодой человек лет 30-35, предлагал просто поехать и отп…издить их всех там на х…й!!!  То, что я убежал ему явно не понравилось, он предлагал просто взять палку и “отъе…шить” их прямо там, и не понимал, почему я именно так и не поступил. Он даже взял стоящий прямо там возле стены металический толстый прут и показал мне как надо было бить им по голове. Я принял к сведению, но промолчал, будучи не очень уверенным, что с первого раза у меня бы получилось именно так хорошо, как он себе это представлял.

Затем мне объяснили, что так как нож никто кроме меня не видел, то доказать мне нападение на меня с ножом будет невозможно. Сказали, что про нож я вру, а даже если нож и был, то ведь его никто не видел. Затем тот сотрудник, который был в гражданском снова вошёл в кабинет, и снова невольно вступил в дискуссию. Опять настаивая на том, что я вру, он сказал «мы сейчас примем твоё заявление и тебя на полиграф сразу» – я моментально ответил, что согласен. Мне нечего волноваться, потому что я не вру, нож был и я готов был это сказать на полиграф. Я клянусь всем, что у меня есть, что нож был. Если бы не было ножа я бы и не подумал убегать изначально.

Мне предложили подождать когда приедет участковый и присесть. Я согласился. Все кроме одного сотрудника уехали по делам, и вскоре приехали двое новых сотрудников. Оба уже были в курсе дела. Я впервые в жизни лично столкнулся с тем самым феноменом “доброго и злого полицейского”, который раньше видел только в фильмах  – один отнёсся ко мне с уважением и участием, другой же с пренебрежением. Первый внимательно и с понимаем слушал, что я говорю, я действительно чувствовал, что он готов помочь. Он спрашивал вопросы и с пониманием дополнял мою речь. Он действительно переживал за случившееся и хотел помочь. Другой же, сел за стол передо мной и принялся читать мой пересказ случившегося и сразу начал всё критиковать. Он пытался вывернуть всё наизнанку, словно показывая мне, что ничего я не добьюсь. Например читая отрывок про горки из моего пересказа, он сразу сказал, что «у них ведь тоже есть определённый маршрут для конных прогулок, которому они следуют», я согласился, но хотел добавить, что рядом же есть дорога, и что вообще там две горки… и вообще, не было необходимости носиться мимо нас галопом, и угрожать мне убийством в конце концов…  но он меня перебил сразу же даже не дав договорить первый мой аргумент, и стал снова что-то объяснять мне на повышенных тонах, поворачивая какие-то несущественные детали рассказа против меня, и словно не замечая, сути рассказа, которую я пытался донести: “на безоружного человека напали с ножом двое людей на конях”!

Тогда уже я понял, что мне бессмысленно чего-то здесь добиваться. Я и изначально не питал иллюзий по поводу нашей системы правосудия. Я пошёл туда лишь  по одной причине: это мой гражданский долг. Я не писал просьб о возмещении морального ущерба, не упомянул в своём пересказе, что мои честь и достоинство были ущемлены и моё право на свободное перемещение было насильственно ограничено.

Я лишь хотел чтобы люди, которые носятся галопом мимо детей и нападают с ножом на конях на беззащитного человека были осуждены за свои действия и ограничены в возможности работать в сфере услуг. Когда участковый, зовут которого, кстати, кажется, Максим, дочитав мой пересказ спросил меня (дословно): “чё ты хочешь то теперь?”,  я, пусть и невероятно смутился, но тем не менее именно так ему и ответил.

Я уже давно понял, что пошёл туда зря. Короче я, совсем уже отчаявшись и приуныв, сказал ему:

“хорошо, я вас понял, так как ножа никто не видел, то и заявление писать смысла нет”.

Он сказал: “ну нет, почему же, смысл есть, заявление твоё мы сейчас примем”.

Затем я сказал, что просто хочу спросить их совета, я в очередной раз повторил, что “не знаю как лучше поступить, посоветуйте пожалуйста, что делать?”

Он сказал, что можно писать заявление или можно поехать сейчас прямо туда и разобраться. Я подумал, что если мы сейчас поедем прямо туда, то я опишу нож, который был у нападавшего, его или его личные вещи обыщут и найдут именно такой нож, что было бы косвенным доказательством в суде. И сказал: поехали. Тогда участковый встал и стал кому-то звонить. При этом начав первую часть разговора очень дружелюбно, словно он говорил со своим старым другом, он далее вышел из кабинета и продолжил разговор там, но я напряг слух, сосредоточился и понял, что разговаривает он с кем-то на той лошадиной ферме. Возможно даже с хозяином. Мне мгновенно всё стало понятно: он позвонил хозяину предупредить, что мы едем. Это давало возможность нападающим избавиться от ножа и вообще подготовиться ещё раз синхронно соврать про то, как всё было.

Я понял, что это подстава. У меня навернулись слёзы, я едва сдержался, чтобы не заплакать. В момент я осознал, что я, человек который из патриотических убеждений вернулся в своё время из США на Родину, имея 100% возможность остаться там на ПМЖ, человек, который имел честь даже носить одежду национальной сборной команды страны по лёгкой атлетике и представлять Россию на чемпионате мира, человек который посвящает свою жизнь тому, чтобы в один прекрасный день с олимпийского стадиона на весь мир зазвучал гимн нашей Родины, теперь оказался совершенно беззащитным и ущемлённым в своей родной стране. Это было очень больно. Я уже сказал, что не питаю иллюзий по поводу системы правосудия нашей страны, но я впервые лично столкнулся с этим лицом к лицу, и мне стало очень неприятно.

Я был опустошён, я почувствовал как сильно угнетенна стала моя сердечная чакра в этот момент. Это было больно. Я хотел свернуться, прижаться грудью к коленям и заплакать.

Вошёл следователь и я тут же сказал ему, что никуда не поеду. Я сказал, что не собираюсь мириться с варварами. Он сказал: «то, что они варвары – это лишь твоё психологическое состояние», я понял, что он по-видимому пытался сказать о моей возможной предубеждённости о кавказцах, и конечно он невероятно ошибся по этому поводу. О чём я обязательно напишу в следующем посте.

А пока что, я, едва сдерживая слёзы сказал, что никакой предубежденности относительно кавказцев у меня нет, и что у меня есть друзья кавказцы –  очень хорошие люди. Он сказал: «как же ты тогда судишь, что они (имея в виду нападавших на меня) – варвары?», я сказал: «да, по поступкам! Если кто-то вдвоём нападает на безоружного человека с ножом на конях – то это варварство!». И именно так я и считаю. На этом я взял свой конспект, лежавший на столе, сказал: “я всё понял”,  “спасибо, до свиданья”, – как меня всегда учил говорить перед выходом мой отец, и вышел. За мной вслед бросился дежурный, забрал у меня мой конспект, якобы посмотреть на секунду, и так и не отдав мне ушёл.

Добавить остаётся лишь то, что конспект это не заявление, я ничего не подписывал, а следовательно заявления я не подавал. Я предполагаю, что эти люди могут быть заодно с владельцем бизнеса, преследуя свои корыстные цели, правопорядком здесь занимаются только по мере возможности, и только “для вида”, когда же человек действительно попал в беду, то никто ему не поможет, увы. Моя единственная защита – это моё слово. Я надеюсь и верю, что рано или поздно справедливость будет восстановлена, но пока, я могу только вести такую вот хронику.

Я побрёл домой. По дороге я всё-таки не сдержался и потекли слёзы. Я очень люблю свою страну, но почему как и всегда, исторически, настолько безответна любовь к Родине?

Music now:

Егор Летов – ” Всё идёт по плану”

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s